Моя история с страшной болезнью!
Я предчувствовала, что в 2019 году в моей жизни наступит переломный момент, но не предполагала, что это будет болезнь.
Всё началось в январе: я провела неделю у своего сына. Тогда я почувствовала рассеянные боли в области таза и спины, усталость и другие симптомы.Я не думала, что это что-то серьёзное, поэтому не беспокоилась. Но потом боль стала усиливаться, и я записалась на приём к врачу в конце первого триместра. Мне провели плановые обследования, результаты которых оказались в норме. Тогда врач направил меня на компьютерную томографию. Просмотрев результаты, радиолог сразу же назначил мне на ближайшие дни УЗИ и, не объяснив причин, попросил меня как можно скорее обратиться к гинекологу-хирургу.
Вот и наступил конец апреля: «побег через препятствия» начался!
Я встречаюсь с хирургом, который после аускультации сообщает мне, что ему придётся провести биопсию. Биопсия проходит 7 мая, а 20 мая мне делают МРТ. До этого момента я всё ещё не понимаю, что происходит, кроме того, что дело серьёзное. Единственное, что меня беспокоит, — это как облегчить боль, которая становится всё сильнее.
25 мая я снова встречаюсь с хирургом, который получил результаты биопсии и МРТ.
«У вас запущенный рак шейки матки, поражены лимфатические узлы, а также два других органа. Операцию проводить нельзя, это слишком рискованно. Я не хочу давать вам ложных надежд», — сказал он мне.
Вердикт вынесен!… Я выхожу из его кабинета в слезах… Мне 57 лет.
Выйдя из клиники, я позвонила маме, чтобы сообщить ей новость. Затем я сделала запланированные покупки в этом районе, с трудом сдерживая слёзы. Пока я шла, мысли кружились в голове: как я сообщу об этом окружающим? Смогу ли я выдержать взгляды других? (Я боялась, что на меня будут смотреть с жалостью, а это могло бы стать роковым для моей веры). Есть ли грех, в котором я не исповедалась Господу Иисусу? Почему Бог допускает это? Умру ли я? ...
И тогда я вспоминаю Иисуса, который сказал Петру: «Истинно, истинно говорю тебе: когда ты был моложе, ты сам подпоясывался и ходил, куда хотел; но когда состаришься, то прострешь руки твои, и другой подпояшет тебя и поведет, куда не хочешь». (Иоанна 21:18) Я не знаю, куда иду, но должен идти вперёд. Ситуация совершенно выходит из-под моего контроля. Одно можно сказать наверняка: я должен выбрать, как я буду идти дальше!Я хочу увидеть Господа Иисуса во всей Его красе, даже в этом испытании. Я также думаю о друзьях Даниила, которые ответили царю: «Вот, Бог наш, Которому мы служим, может избавить нас от раскаленной печи и избавит нас от твоей руки, о царь. Если же нет, то знай, о царь, что мы не будем служить твоим богам и не будем поклоняться золотому истукану, которого ты воздвиг» (Даниил 3:17–18). Понятно, что я не должен позволять отчаянию овладеть мной и победить мою веру.
Вернувшись домой, крепко обняв маму и поплакав вместе с ней, я поднялась в свою комнату и начала разговаривать с Господом Иисусом. Затем я отправила пастору сообщение, чтобы рассказать ему об этом. Как только он его получил, он мне перезвонил. Он был потрясён, но сказал, что именно в бедах можно увидеть славу Божью! Это так верно. Я объяснила ему, что не хочу, чтобы меня жалели, и что пока об этом знают лишь немногие. Он помолился за меня.
18 июня меня госпитализировали для проведения люмбоаортальной лимфаденэктомии (удаления лимфатических узлов) и установки имплантируемого катетера, который, в частности, будет использоваться для введения химиопрепаратов. Мне выдали больничный на месяц, но его продлили на полтора года.
Затем я встретилась с онкологом, который назначил мне курс лечения: химиотерапию, лучевую терапию, а затем брахитерапию в институте Гюстава Русси.
Тем временем мне становится всё труднее справляться с болью, которая не утихает уже несколько месяцев, ни днём, ни ночью. Она утихнет только после нескольких сеансов лучевой терапии. Одна из сестёр из моей общины, фармацевт, даёт мне ценные советы по сочетанию обезболивающих препаратов и предотвращению передозировок.
С этого момента мой путь был отмечен многочисленными МРТ, ПЭТ-сканированием, компьютерной томографией, посещениями врачей, анализами и т. д...
В июле я начну химиотерапию с использованием цисплатина (вещества, очень токсичного для почек) и, параллельно, лучевую терапию. К этому следует добавить инъекции кортизона для смягчения побочных эффектов. Это продлится до августа.
В середине сентября, после 15-дневного перерыва, меня направили в Институт Гюстава Русси в Вильжуифе (ФРАНЦИЯ) для прохождения брахитерапии. Лечение длилось 5 дней и 4 ночи, в течение которых я не могла вставать с постели ни на минуту: всё было предусмотрено для адаптации моего рациона питания. Помимо медицинского, парамедицинского и обслуживающего персонала — который заходит каждые полчаса, днём и ночью, когда аппарат не излучает лучи, — никакие посещения не разрешаются. Учитывая расстояние и продолжительность пребывания, я предпочла попросить своих близких не беспокоиться.
В конце сентября 2019 года лечение было завершено. Регулярные обследования продолжались до 2025 года, когда я вновь обратилась к хирургу, который проводил мне повторную операцию по удалению имплантируемой камеры.
Я решил кратко рассказать о болезни и её лечении, поскольку за этими строками скрывается гораздо более важный жизненный путь, увенчанный победой: он свидетельствует о любви БОГА не только ко мне, но и ко всему миру.
Как я уже упоминал выше, мне пришлось определиться и решить, как я буду переживать этот период, каким бы ни был его исход. Первым шагом стало выяснить, может ли что-то помешать моим отношениям с Богом.
Первые дни были тяжёлыми: я хотела жить, но боль, которую мне становилось всё труднее облегчить, напоминала мне о том, что что-то не так. Это вызывало во мне негативные мысли. Мне приходилось бороться: это была духовная борьба.
Доверяла ли я Богу?
Если бы Бог решил забрать меня именно в тот момент, была ли я готова к этому?
Согласилась бы я на это?
Я сказал Богу, что готов принять смерть, лишь бы оказаться рядом с Ним. С того дня я смог по-другому пережить этот период.
Мое тело разрушалось изнутри, силы угасали из-за инъекций химиотерапии, у меня возникали побочные эффекты от лечения… но я обрела покой. Я продолжала посещать собрания в церкви почти до самого конца и, несмотря на огромную усталость от химиотерапии, вкладывала всё своё сердце и все свои силы в прославление Бога. Моя жизнь как дитя Божьего не остановилась. Господь всегда давал мне силы.
Когда у меня не было ни желания, ни сил молиться, Бог был рядом, в моём сердце, со Своим Словом, которое ободряло меня, укрепляло: оно всегда приходило как раз вовремя. Я чувствовала, что меня поддерживают. Моя мама и дорогие мне люди из моей общины молились за меня, интересовались моим самочувствием, оказывали мне практическую помощь, приходили ко мне домой, чтобы воспевать хвалу Богу; молодые люди навещали меня.
Медицинский персонал, с которым я сталкивалась, всегда проявлял ко мне большую доброжелательность, а такси-скорая помощь, которое дважды доставляло меня в «Гюстав Русси», также оказало мне неоценимую помощь.
Когда я встречала других больных, проходящих лечение, я чувствовала себя по-настоящему счастливой от того, что могу пройти через долину смертной тени, не боясь никакого зла, ибо Иисус Христос был со мной (Псалом 22:4 (23:4), в отличие от тех, у кого не было надежды.
Больно осознавать, что решение существует, но мир отвергает его и предпочитает продолжать страдать.
Многие полагались исключительно на лечение. Но оно не давало никаких гарантий: если результаты анализа крови были плохими, пациенту приходилось возвращаться домой и ждать, состоится ли следующий сеанс. А иногда болезнь возвращалась или прогрессировала. Эти люди жили с настоящим мечем Дамокла над головой.
За всё это время у меня была возможность свидетельствовать об Иисусе Христе многим людям: хирургу, онкологу, больным, врачам…
Кто-то может сказать:
«Где же в этом всем Божья любовь?»
«Если твой Бог любит тебя, почему Он допустил эту болезнь?»
«Если Он всемогущ, Он мог бы исцелить тебя!»
А я видел Его любовь повсюду — и не могу описать всё, потому что это заняло бы слишком много времени.
Мой Бог позволил мне взойти на высоты, войти в измерение веры, в Его измерение. Я на собственном опыте убедился: когда человек полностью доверяется Ему, он способен преодолеть всё, ведь именно Он берет на Себя управление нашей жизнью.Он дал мне ощутить Свое присутствие в каждый миг (2 Коринфянам 4:8), Он даровал мне радость и покой, несмотря ни на что. Мне удалось пережить эту болезнь, не страдая от неё. Если бы Он исцелил меня без лечения — ведь, в сущности, исцеляет всегда Бог (Псалом 102:3 (103:3) — это было бы чудесно. Но тогда я не познала бы этой победы над самой собой и не встретила бы всех тех людей, которым я смогла свидетельствовать об истинном решении проблемы зла: Иисусе Христе (Иоанна 3:16-17).
Это испытание сблизило меня с Богом.
Вы могли бы ещё возразить, сказав:
«Лечение уничтожило некоторые части тебя».
Представьте себе, что Бог позволил мне пережить то, чего большинство людей боятся больше всего, — и сделать это, не погибнув. Мой Бог — всемогущий и бесконечно мудрый (1 Коринфянам 1:25). Конечно, я понесла потери в плоти, что доказывает: человек, с его ограниченными возможностями, не способен сотворить ничего совершенного. Только Творец воплощает совершенство. Но взамен я обрела драгоценные духовные сокровища. Наше тело, обречённое на тление, со временем исчезает… но наш дух предназначен для вечности (Матфея 6:19-20).
Бог любит нас и через Иисуса Христа раскрыл Свои объятия любви и для вас, читающих эти строки. Не упустите такое великое спасение.
Мирей
